Кто жизнь прожил в борьбе с самим собой,
Кто за плечами груз имел нетленный,
Кто побеждал себя, быв сам не свой,
Тот без сомненья, знает себе цену.
И нет, пожалуй, больше для него
Иных задач глобальнее и целей,
Чем бить и усмирять своё нутро,
Что проживает в этом черном теле.
Нутро порой и песенки поёт,
Оказывает даже соучастье,
Но над которым властвует живот,
Как символ сатанинской падшей власти,
Нутро стремится греть себя и плоть,
И под себя готово мир подстроить,
Нутром и распинается Господь,
Нутром и убиваются герои.
Нутро не любит более всего
Сдавать своих насиженных позиций,
И ненасытно в жадности оно,
Но прах оно, и в прах же возвратиться,
Любить себя такого - это зло,
Питать змею, живущую в средине,
Не помня про небесное родство
И в похоти завязнув, как в трясине.
Нутро всегда имеет сотни лиц,
Сменяет быстро маски как перчатки,
Его так трудно в чём-то уличить,
А уличив, успеть схватить за пятку.
Само себя в лукавстве превзойдя,
Оно почти всегда нас побеждает,
И нет иного средства от нутра,
Чем крест, который от него спасает.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Границы... - Наташа Дивак Размышления на тему, какими гранями расчерчена наша жизнь:). Единственная граница, которую мы должны нарушить - это грань, отделяющая нас от Бога.
Поэзия : 1) "Красавица и Чудовище" 2002г. - Сергей Дегтярь Это первое признание в любви по поводу праздника 8 марта Ирине Григорьевой. Я её не знал, но влюбился в её образ. Я считал себя самым серым человеком, не стоящим даже мечтать о прекрасной красивой девушке, но, я постепенно набирался смелости. Будучи очень закомплексованным человеком, я считал, что не стою никакого внимания с её стороны. Кто я такой? Я считал себя ничего не значащим в жизни. Если у пятидесятников было серьёзное благоговейное отношение к вере в Бога, то у харизматов, к которым я примкнул, было лишь высокомерие и гордость в связи с занимаемым положением в Боге, так что они даже, казалось, кичились и выставлялись перед людьми показыванием своего высокомерия. Я чувствовал себя среди них, как изгой, как недоделанный. Они, казалось все были святыми в отличие от меня. Я же всегда был в трепете перед святым Богом и мне было чуждо видеть в церкви крутых без комплексов греховности людей. Ирина Григорьева хотя и была харизматичной, но скромность её была всем очевидна. Она не была похожа на других. Но, видимо, я ошибался и закрывал на это глаза. Я боялся подойти к красивой и умной девушке, поэтому я общался с ней только на бумаге. Так родилось моё первое признание в любви Ирине. Я надеялся, что обращу её внимание на себя, но, как показала в дальнейшем жизнь - я напрасно строил несбыточные надежды. Это была моя платоническая любовь.
